Шляпник (russhatter) wrote,
Шляпник
russhatter

Categories:

Диалог о православии

Предуведомление. Под катом - находится очень странный текст. Разговор себя с самим собой, на очень важную для меня тему. В разные периоды времени я бываю настроен по-разному, иногда я сильно раздражен, иногда наоборот умиротворен. Это не говорит слишком хорошо о моем душевном здоровье - но вот такое оно есть. В какие-то моменты я могу свести эти две инстанции - раздраженную и умиротворенную - вместе, и заставить пообщаться между собой. Вот, протокол такого милого общения с умным, понимающим и деликатным собеседником - а кто может быть умнее и деликатнее, чем ты сам... - представлен ниже.

У читателей - особенно у тех, кто дочитает - я прошу прощения. Формально - сами видите - я сделал все, что мог, чтобы винить в изложенном нужно было бы только меня. Но и в этом есть доля притворства.... В-общем, извините, если кого незаслуженно обидел.

1. Начало
В: Если брать "по минимуму" - сколько сейчас православных в стране?
О: Известно, на Пасху в церквях появляется примерно 200 тысяч человек - вот и считай. Немного получается, очень немного.

В: Чем они все занимаются?
О: Священнослужители вместе с паствой живут духовной жизнью. Которая по возможности отстранена от мирской. Из мирской жизни люди приходят к ним обычно - когда речь идет о рождении или смерти человека. Это вообще - обычное дело. Сам ты, когда думаешь о вере - переживаешь что-то на грани жизни и смерти. В обычной же суете мирской жизни - не замечаешь нужности.

2. Про мирскую суету
В: Хорошо, давай отдельно. Когда я, как обычно, кручусь в суете - есть ли мне польза от того, что православная община существует?
О: Да, есть. Они - молятся, а ты - нет. Сам же ведь хотел как-то помянуть невинно убиенных в Беслане - и что у тебя получилось? Пшик. На самом деле нет, не пшик, просто очень мало. Но мог бы просто прийти в Храм - и поставить свечку. Это было бы и удобнее, и естественнее. Заодно бы - поглядел: свечек-то там много, а твоя печаль - часть общей печали, маленькая. И заодно бы ещё раз убедился: больше - кроме поминовения - сделать ты ничего не можешь, незачем рвать рубаху на груди.

В: Значит, тебе полезно, что кто-то там молится? Это тебе-то, дитю технарского века, обученному спецу по научному атеизму?
О: Да, так. Понятно, что мистика, но... Ведь ты же никогда не жил в таком мире, где никто не молится за упокой души. Мир, в котором этого не было в помине - исчез за сотни лет до тебя. Да, есть сигналы, что он как-то там восстанавливается - но с чего ты взял, что тебе в этом мире будет хорошо? Так что лучше уж оставь ты мне, атеисту, возможность принимать в расчёт и мистические соображения - а то я точно так озверею - или наоборот - что уже не буду отличим от человекоподобного робота.
И вообще: атеизма просто так - не бывает. Бывают звери и роботы.

В: Про пользу молитв - ладно, оставляю тему. Убедил эмоциями. Но ведь тебе же, оказывается, еще и удобно этими православными средствами пользоваться? Живёшь, как знаешь - а за тебя там кто-то другой молится. Делаешь, что попало - но можешь пойти в Храм и поставить свечку. Тебе, некрещёному, и креститься не грех. Не кажется ли тебе, что...
О: О, да, удобно. Только не забудь, что речь идет об очень печальных вещах. И о том, что эта печаль и скорбь - они по-другому, кроме как через поминовение и молитвы - из жизни не уходят. Внешне, конечно, смотрится удобно: живешь-живешь, а кошмары прошлых эпох: гражданки, коллективизации, Войны... - постепенно, но все же заметно, замаливаются.

В: Постой, постой! Большая часть звучащих претензий к РПЦ поминает поведение священнослужителей, включая Патриарха, в первой половине 90-х годов. По следам тогдашних событий звучала их оценка: что они занялись мирскими делами, и это была ошибка. Но никаких попыток оправдаться, коих желает цивилизованная общественность, не произошло. Так ты хочешь сказать, что их и не будет, потому что их можно замолить, и вообще уже замолили?...
О: Примерно так. И вообще: умерь свою гордыню. Кто ты такой - чтобы перед тобой Патриарх Всея Руси ответ держал? Он в ответе - но только не перед тобой, и не перед прогрессивной общественностью. Ответ этот - серьёзный. И вообще, если вспоминать те безумные 90-е годы - как только себя эта самая прогрессивная общественность не вела... И ты сам - вместе с ней. Тебе ли принимать покаяние?

В: То есть, если суммировать: в стране действует механизм морального самоочищения, не очень высокой, но постоянной пропускной способности. А раз так - надо благодарить Бога и не требовать все новых и новых новых Нюрнбергов...
О: Да, примерно так. Нюрнберг хорош один, и вообще он не про нас, а про наших врагов. И ты прав: идея Нюрнберга - мельчает и размножается, дискредитирует саму себя. Без Нюрнбергов - тяжелее и дольше, но так - можно. Так - оно по-русски.

3. Про духовную жизнь
В: Не получается у нас с тобой разделить всё по полочкам: говорили про мирскую жизнь - вышли на замаливание грехов.... Но попробуем с другой стороны: когда тебе, или, скорее, твоим окружающим нужно что-то от духовной жизни православных. Когда происходит рождение или смерть...
О: Заметнее - когда смерть. И как правило приходит священник, и совершает обряд. А люди - стоят на панихидах, и внимают. Нужно это людям. И, что характерно, с этой задачей - священнослужители - кому попы, а кому - батюшки - справляются. За что им - спасибо. Все так и должно быть. Это - востребовано. Это - важно. Это - нужно.

В: То есть, изо всех сторон деятельности для нас важнейшим оказывается соблюдение обрядов...
О: И так, и не так. Во-первых, обряды не так-то просты: лица, их выполняющие, должны быть не только обучены, им по сану положено вести чистую жизнь, это во много раз сложнее, чем, скажем, купить в магазине набор ёлочных украшений. А во-вторых: вопрос о том, нужны ли обряды - не обсуждается. Церковь просто обязана сохранять их вечно - несмотря на всю мрачную иронию, зашитую в это непростое слово "вечность". И обеспечить всех нуждающихся этой стороной духовной жизни - тоже непростая обязанность Церкви, с которой она, в меру своих реальных возможностей, справляется.

В: А что такое "реальные возможности"? Как мирской человек, какие барьеры для этих возможностей ты видишь?
О: Я изредка наблюдаю за тем, что происходит около Храмов в праздничный день. Не нужно быть экспертом, чтобы заметить: число церквей, по крайней мере, в Москве - по сравнению с числом верующих - недостаточно. Если не в десятки раз - то в разы уж точно. Иногда я вижу священников: ныне они - явно перегруженные люди, занятые до крайнего предела.

В: Да, насчет священников. Что тебя в них так раздражает? Ведь раздражает же?
О: Да, особенно раньше, теперь, скорее, удивляет. Постепенно я всё же прихожу к тому, что это правильно. Попы, которых я видел и с которыми разговаривал - на удивление земные люди, хорошо приспособленные к условиям окружающего их быта. Почему-то ожидаешь увидеть просветлённого и пламенного революционера - а видишь: жизнь с её мелочами и суетой. Часто усталые, но бодрые люди, стоящие на земле, а вовсе не витающие в облаках.

В: Да, это очень важный аспект. Приземлённость православных священников всегда вызывала неоднозначную реакцию, как от чужаков, так и от своих. И тому - масса примеров. Какие-то странные традиции, противоречащие, вроде бы, духу мессианства....
О. Да, надо признать, что дело обстоит именно так. Только вот - почему так? Ты задумывался? Вообще, почему от Церкви всегда ждали, что она поведет себя, как... партия? Точнее, наоборот, когда появилось понятие "политическая партия" - оно оформилось в традициях общехристианского миссионерства. Значительная нынешняя критика с этого и начинает: должны вести себя, как рыцари без страха и упрека (вариант: чистые руки, горячее сердце и пр.) - а эти - совсем не такие. В чем же дело-то?

В: Давай, я попробую ответить. Христианство - в православном своем варианте - религия индивидуумов, речь идёт о каждой душе в отдельности. Что-то подобное - но не то - положено в основу либерального взгляда на мир. Либерализму - по сравнению с Православием - без году неделя, но как-то они перекликаются. Так?
О: Наверное, так. Здесь трудно что-то сказать: похожее часто отталкивается друг от друга. Нельзя скрыть резкую враждебность православия, ориентированного на сохранение старого, и идей прогресса, всеми силами рвущегося в новое. При чем второе - тоже замешано на мессианстве. Собственно, это и есть главный конфликт, который печалит.
И, пожалуй, еще одно обстоятельство. Враги православия очень часто выступали мессиями. Сложные счёты у нас с мессианством. Что там насчёт того, кто "знает, как надо"?...

В: Но всё же, христианское мессианство никто не отменял? Почему нынешнему шквалу разнообразного мракобесия, в частности, развернувшемуся в интернете - так скромно противостоят священники? Которым, по идее, должно быть и здесь тоже? Почему тут - два-три имени? Где остальные?...
О: Меня это удручает - но на то, по-видимому, имеются глубокие причины. С определенной позиции, вся история XX века в России - это история кризиса Православия. Глупо льстить Церкви и полагать, что все было хорошо до 17 года. Плохо было - раз 17 год наступил. Очень плохо. Сейчас стало получше. И от добра - добра не ищут.

В: А что - добро? Вот тут кругом вполне смелые люди страшатся введения православного единомыслия...
О: Давай все-таки определимся: православные сейчас в защите или в нападении? Вроде бы - в защите - то есть противостоят превосходящим силам противника. В этих условиях - не до великодушия - но, вроде бы, и единомыслием не пахнет. Если же единомыслие, полная победа - ты что, не понимаешь, что главная сила - это как раз великодушие и есть? Не нужно никому никого строить, повторяю. Забота идет - о спасении душ, каждой в отдельности, а не поротно. Попы - не большевики, и никогда также себя и не вели... Они - свои люди, одной с тобой крови... Договоришься - если захочешь!
И вообще, куда ты меня завел, в какое такое сослагательное наклонение? Нет этого сейчас, никакой победы православия нет, и в скорости - не будет. Будет - оборона. От всяких хамов.

В: Ну а тебе-то что? Ты же - не сам православный, за кого-то другого стараешься?..
О: За своих я стараюсь. И за себя - тоже. У нас сложилась ситуация, когда люди, симпатизирующие православию - молчат. Чтобы не сказать чего лишнего, не оскорбить незаслуженно. Беда - только в том, что на освободившейся площадке слишком шумно, много чего обидного звучит. Пора - вылезать. Потому что мы живем в православной стране, и это факт...

4. Русский мир
В: Так, мы начинали с того, что православных в стране - мало. А теперь выясняется... Как же так?
О: А - так. По факту. Пока жизнь протекает нормально - люди как люди, вся планета такая. А вот как только какая критическая ситуация... Нет, люди тоже ведут себя обычно, и даже все свои все понимают, ничего объяснять не нужно. Но если захочется объяснить - иностранцу, или себе самому - то дедушка Фрейд оказывается бесполезен, а вот самое непосредственное отношение к происходящему легко достается из Библии. При чём, как из Нового, так и из Ветхого завета! Своих-то, оказывается, почти вся страна - а вот в других местах действуют-то совсем по-другому...

В: Это и есть твой "русский мир"? А как по-твоему он получился? И какое отношение имеет к этому Церковь?
О: Получился он за несколько веков, и священники имели к этому самое прямое отношение. Перетасовка населения на гигантских площадях, последовательная деятельность верующих. Постепенное изживание бандитов и разбойников, смуты, общие принципы государственного управления. Наверное, ко времени Петра, или даже его деда - мир уже существовал. Православие, самодержавие, народность, как-то так...

В: То есть, русский мир - формирование по нашим меркам древнее, а как оно соотносится с так называемой "русской культурой", которая, вроде бы, от Пушкина?
О: У меня такое ощущение, что эта самая культура - незаконнорожденное дитя православия. Попытка помнить и говорить о важном, не упоминая Бога. Во всяком случае, не поминая его часто. Да и помянутый тобой атеизм - того же извода, христианского.

В: То есть, русская культура в целом - противник Церкви?
О: Скорее, параллельный институт, живущий в той же самой среде, и не противоречащий этой среде. Конфликты между институтами, безусловно, есть, и они существенные и жесткие. Но не настолько, чтобы выживать и уничтожать друг друга. Более того, с конца XIX века появилось понимание того, что необходимо какое-то согласование, проникновение.

В: То есть, конфликт между мирской и духовной культурой - явно присутствует? Можно ли его четко выразить?
О: Нет. Говорится на эту тему много слов, но пока получается разнобой. В принципе, это закономерно. Это просто означает, что тема - живая. Я с мирских позиций могу сформулировать несколько очень серьёзных претензий к нынешней позиции православной церкви - но проще сказать, что ни "мы" - мирские, ни "они" - духовные - не знаем решений для многих острых вопросов.

В: То есть, "как надо" - никто не знает? Зачем же все это тогда? Зачем тебе они - если ты и сам не в состоянии разобраться? Да еще и они - не помощники?
А у меня нет никакого выхода - кроме этого. Я обучен сомневаться во всем, проверять себя постоянно. Я не могу вот так, с упорством идиота считать себя Д'Артаньяном среди козлов. Мне нужно иметь точку отсчета, что хорошо и что плохо. Пока я внутри нашего русского мира - я её чувствую. Более того, я же разделяю ее с окружающими, я же вижу, где эта точка. Это - такой большой дар от предков, и мне не хочется его терять. С другой стороны, дар тяжёлый, так быстро он не развеется, можно позволить себе не торопиться...

В: Ну, и как ты видишь себе будущее разрешение конфликтов? Ты же оптимист?
О: Я могу описать какие-то светлые сюжеты, на которые надеюсь. Но стоит ли об этом говорить? В нашей стране ничто и никогда до конца не заканчивается. Все неразрешенные конфликты падают проклятьем на потомков. И не заканчивается - ежеминутное ожидание Конца Света. На том стоит русский мир. И мы, как всегда, к нему - к Концу - не готовы...
Subscribe

  • Георгий Иванов

    Хорошо, что нет Царя. Хорошо, что нет России. Хорошо, что Бога нет. Только желтая заря, Только звезды ледяные. Только миллионы лет. Хорошо — что…

  • За нашу и вашу математику

    Летом после 8 класса, перед началом учёбы в математическом классе, я побывал в эстонском математическом лагере у Н.Н.Константинова, и там было…

  • Фенологические заметки

    Вот такой текст в дайжесте Иванова-Петрова. Он не один такой, такого добра там завались: Для дочеловеческих царств (минералы, растения, животные)…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments